Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Песах 2020 выступление к Шаббату

Pesach drasha
Мы читаем в шабат холь а-моэд Шир аШирим, а в качестве чтения Торы – отрывок из прашат Ки Тиса. Я постараюсь немного связать эти 2 текста.
Я перевожу сейчас – уже практически закончила – эссе рава Соловейчика «И станете искать оттуда», и оно все построено на Шир аШирим. В прологе к этому эссе рав С. пересказывает Шир аШирим, написанную, как мы знаем, очень поэтически, и он пересказывает ее тоже поэтическим слогом. Мы знаем, что наши мудрецы постановили, что Шир аШирим нельзя понимать по пшату, возможно только аллегорическое понимание. Мы встречаемся в еврейской традиции, однако, с двумя интерпретациями: одна трактует ее как метафизически-историческую аллегорию, а другая – как аллегорию метафизически-универсальную. Первая рассматривает текст как песнь о любви Всевышнего и общины Израиля, переживавшей взлеты и падения в ходе исторического развития народа; этого толкования придерживаются
Мидраш и Таргум, так же комментируют Песнь Песней Раши, Кузари, Ибн Эзра и другие. (Я, кстати, нередко слышала, что, мол, это ханжество: ведь явно говорится о любви юноши и девушки! Но, по-моему, наоборот, это очень смелая интерпретация: ведь по ней самая святая и возвышенная любовь, любовь Всевышнего к Своему народу, описывается в образах не просто любви между юношей и девушкой, но даже и явно чувственной любви, с упоминанием бедер, сосцов – сегодня не знаю, пропустили бы по критериям порнографии.)
Но есть и другая интерпретация, менее распространенная: Рамбам, вслед за Рабейну Бахья, видит в тексте универсальную аллегорию, описание любви между Богом и человеком вообще, выражающую стремление друг к другу Творца и Его творения. Вот как пишет рав С., заканчивая свой пересказ Шир аШирим:
«Покорил Творец сердце творения Своего, Предвечный – души всего живого. Поклялся Он своему творению, что не оставит его и не покинет. Пленило творение Творца своего одним лишь своим глазом, смотрящим в сторону вечности. Очаровало конечное сердце Бесконечного одним ожерельем на шее своей. Творец любит Свое творение, но обитает в сокрытии, в тени. Творение жаждет своего Создателя, но не открывает Ему дверей своего жилища.»
Странная игра, как пишет рав С.: возлюбленная ищет своего прекрасного любимого, можно сказать, гоняется за ним – но вот, он приходит, а она не открывает: я, мол уже помыла ноги, как же я открою?
Вот эту странной игру в ее метафизически-универсальном понимании, и описывает рав С. на протяжении 20 довольно сложных глав. Если пересказать их очень кратко, они говорят о стремлении человека приблизиться и даже прилепиться к Всевышнему, приближении к Нему – но приблизившись, человек не выдерживает этой близости, наполняется страхом и отпрянывает, отскакивает от Него. Он описывает разные способы приближения: одни люди могут приблизиться к Всевышнему только на основе личного, индивидуального интеллектуального постижения, но как правило, этого недостаточно, человеку требуется Откровение. Но, как мы знаем из многих мест в Торе, Откровение - и благо, и угроза. Всевышний любит свое творение, зовет его, стучится к нему в дверь – но когда оно видит Его, оно пугается, и не зря: ведь Всевышний – огонь всепожирающий, и в описании Дарования Торы мы тоже видим: И увидел народ, и содрогнулись они, и встали поодаль. Эта диалектика постоянно присутствует во встрече человека со Всевышним. Она поэтически выражена в Шир аШирим, но она же выражена и в нашем чтении Торы. Моше – пророк, которому не было и не будет равных, то есть тот, кто максимально из всех людей приблизился к Всевышнему, просит: «Покажи мне славу Свою» - и получает ответ: ты увидишь меня сзади, потому что не может человек видеть лицо Мое и остаться жив. В Хасидуте эта диалектика выражается, насколько я понимаю, словами, «рацо ве-шов» - человек стремится, бежит к Всевышнему, и все-таки отступает, испугавшись. В Шир аШирим друг выглядывает через решетки в окнах. Нам не дано увидеть Его лицо. В сказке рава Нахмана из Бреслава Сердце мира хочет видеть вершину горы, с которой спускается источник, иначе оно умрет! Но не может видеть ее, стоя вблизи, только издали. Рав Соловейчик пытается выразить эту диалектику на уровне человеческой личности. С одной стороны, интеллект человека, стремясь к Богу, жаждет полной моральной свободы; но когда он встречает закон, навязанный человеку свыше, как бы против его воли, он как будто бы пытается сбежать от Всевышнего.
И все-таки рав С. дает нам в конце концов надежду. Есть, он говорит, способ приблизиться к Вс, и даже прилепиться к нему. Этот способ – постижение Всевышнего посредством исполнения заповедей,. Сказано в Дварим 28:9: "И будешь идти путями Его" – какой Он, таким будь и ты. Уподобляясь Ему, ты в конце концов и приближаешься, и поскольку это уже твой Бог, твои заповеди, ты рад им, они уже больше не насилие над тобой – ты больше не пытаешься отпрянуть.
Так и про Моше: Вс сказал ему, что не может человек увидеть Его лицо и остаться жив – а в той же главе Ки Тиса, незадолго до этого, говорится: «И говорил Бог с Моше лицам к лицу, как говорит человек с другом своим». Когда ты станешь Ему другом, уже не будешь от него убегать.
UPD
Вдогонку тому, что я говорила о Шир аШирим в канун Шабата: спасибо Мише Кара-Иванову, который сказал, что слышал, что есть мнения, что можно все-таки понимать Шир аШирим и по пшату, и что, возможно, так считал рав Кук. Мы прочли на сайте Да`ат (http://www.daat.ac.il/daat/ktav_et/maamar.asp?ktavet=2&id=1385), что и в самом деле, рав Кук писал так в "עולת ראי"ה", и в итоге др. Хагай Мисгав, который об этом пишет, выстраивает, по-моему, совершенно потрясающую пирамиду, которая включает в себя пшат и два аллегорических понимания: от любви между мужчиной и женщиной мы поднимаемся к любви Всевышнего к Своему народу, а оттуда - к Его любви к человеку вообще, и суть этих видов любви - одна и та же.

По-моему, очень здорово!


.

Выступление на шаббат Песаха 2020

Pesach drasha
Мы читаем в шабат холь а-моэд Шир аШирим, а в качестве чтения Торы – отрывок из прашат Ки Тиса. Я постараюсь немного связать эти 2 текста.
Я перевожу сейчас – уже практически закончила – эссе рава Соловейчика «И станете искать оттуда», и оно все построено на Шир аШирим. В прологе к этому эссе рав С. пересказывает Шир аШирим, написанную, как мы знаем, очень поэтически, и он пересказывает ее тоже поэтическим слогом. Мы знаем, что наши мудрецы постановили, что Шир аШирим нельзя понимать по пшату, возможно только аллегорическое понимание. Мы встречаемся в еврейской традиции, однако, с двумя интерпретациями: одна трактует ее как метафизически-историческую аллегорию, а другая – как аллегорию метафизически-универсальную. Первая рассматривает текст как песнь о любви Всевышнего и общины Израиля, переживавшей взлеты и падения в ходе исторического развития народа; этого толкования придерживаются
Мидраш и Таргум, так же комментируют Песнь Песней Раши, Кузари, Ибн Эзра и другие. (Я, кстати, нередко слышала, что, мол, это ханжество: ведь явно говорится о любви юноши и девушки! Но, по-моему, наоборот, это очень смелая интерпретация: ведь по ней самая святая и возвышенная любовь, любовь Всевышнего к Своему народу, описывается в образах не просто любви между юношей и девушкой, но даже и явно чувственной любви, с упоминанием бедер, сосцов – сегодня не знаю, пропустили бы по критериям порнографии.)
Но есть и другая интерпретация, менее распространенная: Рамбам, вслед за Рабейну Бахья, видит в тексте универсальную аллегорию, описание любви между Богом и человеком вообще, выражающую стремление друг к другу Творца и Его творения. Вот как пишет рав С., заканчивая свой пересказ Шир аШирим:
«Покорил Творец сердце творения Своего, Предвечный – души всего живого. Поклялся Он своему творению, что не оставит его и не покинет. Пленило творение Творца своего одним лишь своим глазом, смотрящим в сторону вечности. Очаровало конечное сердце Бесконечного одним ожерельем на шее своей. Творец любит Свое творение, но обитает в сокрытии, в тени. Творение жаждет своего Создателя, но не открывает Ему дверей своего жилища.»
Странная игра, как пишет рав С.: возлюбленная ищет своего прекрасного любимого, можно сказать, гоняется за ним – но вот, он приходит, а она не открывает: я, мол уже помыла ноги, как же я открою?
Вот эту странной игру в ее метафизически-универсальном понимании, и описывает рав С. на протяжении 20 довольно сложных глав. Если пересказать их очень кратко, они говорят о стремлении человека приблизиться и даже прилепиться к Всевышнему, приближении к Нему – но приблизившись, человек не выдерживает этой близости, наполняется страхом и отпрянывает, отскакивает от Него. Он описывает разные способы приближения: одни люди могут приблизиться к Всевышнему только на основе личного, индивидуального интеллектуального постижения, но как правило, этого недостаточно, человеку требуется Откровение. Но, как мы знаем из многих мест в Торе, Откровение - и благо, и угроза. Всевышний любит свое творение, зовет его, стучится к нему в дверь – но когда оно видит Его, оно пугается, и не зря: ведь Всевышний – огонь всепожирающий, и в описании Дарования Торы мы тоже видим: И увидел народ, и содрогнулись они, и встали поодаль. Эта диалектика постоянно присутствует во встрече человека со Всевышним. Она поэтически выражена в Шир аШирим, но она же выражена и в нашем чтении Торы. Моше – пророк, которому не было и не будет равных, то есть тот, кто максимально из всех людей приблизился к Всевышнему, просит: «Покажи мне славу Свою» - и получает ответ: ты увидишь меня сзади, потому что не может человек видеть лицо Мое и остаться жив. В Хасидуте эта диалектика выражается, насколько я понимаю, словами, «рацо ве-шов» - человек стремится, бежит к Всевышнему, и все-таки отступает, испугавшись. В Шир аШирим друг выглядывает через решетки в окнах. Нам не дано увидеть Его лицо. В сказке рава Нахмана из Бреслава Сердце мира хочет видеть вершину горы, с которой спускается источник, иначе оно умрет! Но не может видеть ее, стоя вблизи, только издали. Рав Соловейчик пытается выразить эту диалектику на уровне человеческой личности. С одной стороны, интеллект человека, стремясь к Богу, жаждет полной моральной свободы; но когда он встречает закон, навязанный человеку свыше, как бы против его воли, он как будто бы пытается сбежать от Всевышнего.
И все-таки рав С. дает нам в конце концов надежду. Есть, он говорит, способ приблизиться к Вс, и даже прилепиться к нему. Этот способ – постижение Всевышнего посредством исполнения заповедей,. Сказано в Дварим 28:9: "И будешь идти путями Его" – какой Он, таким будь и ты. Уподобляясь Ему, ты в конце концов и приближаешься, и поскольку это уже твой Бог, твои заповеди, ты рад им, они уже больше не насилие над тобой – ты больше не пытаешься отпрянуть.
Так и про Моше: Вс сказал ему, что не может человек увидеть Его лицо и остаться жив – а в той же главе Ки Тиса, незадолго до этого, говорится: «И говорил Бог с Моше лицам к лицу, как говорит человек с другом своим». Когда ты станешь Ему другом, уже не будешь от него убегать.


.

(no subject)

Эта драша основывается частично на лекции рава Эзры Бика из виртуального бейт мидраша йешивы hар Эцион.
В нашей главе есть странный пассаж: "Вот – Я посылаю ангела перед тобою, чтобы хранить тебя в пути и привести тебя в то место, которое я приготовил. Бойся его и слушайся, не прекословь ему, ибо он не простит ваших проступков, так как имя Мое на нем."
Как правило, ангел в Торе – это сам Бог, или Его действия, пос ланец, голос Бога, как, например, в истории с Агар, где ангел говорит ей вернуться к Саре и подчиниться ей, или в Акедат Ицхак, где он говорит: "Не простирай руки на отрока". И как бы мог Авраам послушать какого-то ангела, если повеление он получил от самого Всевышнего?
Но здесь простой смысл текста на совсем укладывается в это понимание. Всевышний подчеркивает, что Он посылает ангела. Пусть это действие – но не совсем действие Всевышнего. "Имя Мое на нем" – значит, это все-таки не совсем "Я". И к тому же "Он не простит ваших проступков" – и это совершенно противоречит нашему представлению о Всевышнем, основывающемуся на многочисленных высказываниях в Торе о том, что Он - Бог прощающий.
Есть еще одно место в Торе, где Бог в некотором смысле противопоставляется ангелу, где ясно, что это не одно и то же. Это глава Ки Тиса, где после греха Золотого тельца, Всевышний говорит:
"И пошлю перед тобой ангела, и прогоню кнаанеев, эмореев, и хеттов, и призеев, хивеев и йевусеев. Иди в страну, текущую молоком и медом; а Я не пойду в среде твоей, Израиль, потому что ты непреклонный народ – как бы не уничтожил Я тебя по дороге."
Здесь тоже ангел – это как будто бы не сам Всевышний, но здесь наоборот – пошлю ангела, а то как бы Я вас не уничтожил. Моше, как мы знаем, не соглашается на этот вариант, и Всевышний уступает ему и говорит: "Пойду Я сам." Раши к нашей главе говорит, что сообщение о том, что Всевышний пошлет ангела, относится к будущему, именно к тому, о чем говорится в главе Ки Тиса, то есть к тому, что в итогк ек состоялось, благодаря вмешательству Моше. Ясно при этом, что управление народом через ангела – это какой-то более низкий уровень управления. При этом после греха Тельца такое понижение было бы оправдано, но Моше все равно не соглашается. А в нашей праше Моше молчит. Как же это объяснить? И еще один вопрос: кто же не прощает грехов – ангел или Всевышний, который говорит о самом себе: "как бы не уничтожил Я тебя по дороге"?
Рав Бик, ссылаясь на драшот аРан, предлагает такое объяснение: ангел – это естественное управление, основанное полностью на причинно-следственной связи. Человек и народ получают то, чего заслуживают. Такое управление не прощает грехов. Но непосредственное управление Всевышнего, хотя и таит в себе опасность, что Он "уничтожит нас по дороге", не таково. Бог может смилостивиться, а может разгневаться, но это уже Его личное управление, не действующее по правилам причинно-следственной связи. И здесь мы можем обратиться к второй части комментария Раши к этому стиху. "Привести тебя в то место, которое Я приготовил" – Раши говорит: пщат – это место которое Я приготовил для вас, то есть Эрец КнаанЭ в которой вы будете жить по обычным законам, во многом, тем, которые описываются в главе Мишпатим. Будете вести себя хорошо – не будут у вас выкидываюшей и песплодной, и Я прогоню врагов твоих. А если будешь служить богам их, это станет для тебя западнею..
После греха Тельца Всевышний и собирался отдать народ Израиля под власть ангелического руководства. Живите по законам, и как выйдет, так выйдет. Но Моше не согласился на это. И Раши комментирует дальше: "место, которое Я приготовил" – мидраш говорит: כבר מקומי נכר כנגדו и это, говорит Раши, одно из мест, где говорится, что в соответствии с Нижним Храмом есть и верхний Храм, и Я все-таки буду управлять вами лично. А как – об этом мы читаем в главе Ки Тиса, где Моше, как раз после того, как умолил Его "идти лично", просит показать ему славу Его – и Всевышний говорит ему: помилую, кого помилую и пожалею, кого пожалею".